И.Г.
13.01.2007, 11:40
Иногда и на человека интересующегося компьютерной безопасностью может напасть "закон"...
Не всегда Вы сразу выступите в роле ОБВИНЯЕМОГО,возможно ситуация в которой сначало Вам "предложат должность" СВИДЕТЕЛЯ...
Как вести себя в такой ситуации ?!
Если проникать в тайны литературы узкоспециальной
(вместо введения)
Следователь: Вы догадываетесь, почему вас вызвали?
Свидетель: Да, но лучше будет, если вы скажете.
Следователь: Почему лучше?
Свидетель: В противном случае получается, что вам стыдно сказать...
(Из рассказов о допросе)
Интересно ли вам знать, читатель, что следователь добивается результатов с помощью не менее чем 18-ти приемов. Вот они, извольте: "внезапность","последовательность", "создание напряжения с перегрузкой сознания", "снятие напряжения со стремлением "поговорить по душам", "пресечение" лжи сразу же или спустя некоторое время, фиксированный темп допроса с перегрузкой сознания или замедленный темп с фиксацией желания проскочить особо неприятное. И это, и многое другое можно прочесть в специальной литературе. Но нужно ли нам, непрофессионалам, изучать книги и статьи, написанные для следователей? Казалось бы, не плохо кое-что знать. Приятно, наверное, спросить следователя, какой прием он к вам так неудачно применяет и посоветовать другой. В спецлитературе можно прочитать многое, даже примеры некорректного поведения следователей. Только вот в чем беда: эти примеры - образчики безнаказанности и значит "неплохое" руководство к действию для остальных следователей. Наше же с вами оружие - правда. И поэтому все хорошее в мире дружественно нам. Ваши нравственные принципы, ваша мораль - вот основы поведения. И если вы хотите почитать что-нибудь стоящее, то ради Бога: читайте Толстого, Пушкина, Чаадаева, Достоевского, Библию, наконец. Не тратьте время на вздор. Ну, а в области узкоспециальной, может быть, вам хватит той ерунды, которую вы прочтете в данной брошюре. Итак, к делу.
Начало было неожиданным
"Путем запугивания Вы заставляете меня сознаться.
Какое, по-вашему, преступление более серьезно - то, которое, как Вы считаете,
совершил я, или то, которое сейчас совершаете Вы?"
(Из рассказов о допросе)
Представьте себе беседу двух людей. Один говорит легко и свободно. Он сдержанно, но живо реагирует на то, на что хочет реагировать. Наконец, просто смеется. Другой внутренне скован. Он постоянно думает о чем-то постороннем. Его реакции смешны и наиграны. Он-то уж точно знает, что стены имеют уши, и потому боится. Боится собственной неумелости и косноязычности, боится своего и чужого неосторожного слова, боится насмешек в свой адрес. Этот человек, не удивляйтесь, - следователь. А вы? Вы тот, первый.
Первые радости
Автор: Какой допрос Вас больше устроит - короткий или длинный?
Читатель: Конечно, короткий. А какой устроит следователя?
Автор: Тоже короткий. У него мало времени и много вопросов.
Его устроит, если вы будете торопиться - где торопливость, там опрометчивость.
Читатель: А если дело липовое?
Автор: Тогда допрос будет обязательно неудачным - либо для него, либо для вас.
(Из беседы автора с читателем)
Театр, как говорил Станиславский, начинается с вешалки. Встречая вас, следователь здоровается за руку, говорит, куда повесить пальто. Он вежлив, предупредителен, пытать вас вроде бы не собирается. Вы не ожидали, чувствуете облегчение: зачем же ссориться, когда можно по-хорошему. Но есть во всем этом что-то от любительского театра, какая-то наигранность. Чувствуете? Пока еще нет? Ну что же, сейчас вы будете изображать простого, очень занятого человека с плохой памятью, но, впрочем, готового помочь расследованию, если н у ж н о. Но надо ли помогать расследованию? Убежден - надо. Допустим, следователь пытается установить истину, расследуя дело об убийстве или воровстве. Ваш долг - помочь ему. А если вас вызвали свидетелем по делу, в котором ваш друг обвиняется в распространении антисоветской пропаганды и клеветы? Вы уверены, что обвинение ложно и несправедливо. Так помогите же установить эту истину. В этом ваша нравственная обязанность. Пока что вы включились в его игру - продолжается "разговор по душам". К сожалению, он дает возможность вашему собеседнику-профессионалу спрашивать о том, о чем он спрашивать не должен. Например, о вас лично, о ком-то еще. Вопросы, с вашей точки зрения, пока ерундовые. Все очень вежливо. Он не прерывает. Разве только немного и осторожно подстегивает, если вы останавливаетесь. Однако потом, когда следователь узнает все, что его интересовало, он, конечно, увидит неправду и... рассердится.
(Он умеет) . Вы станете оправдываться - тогда он узнает еще больше. Он сделает это совсем просто, чередуя многозначительные намеки на полную осведомленность и угрозы. Вы продолжаете отвечать, но почему-то немножко жалеете. О чем? Может быть, о том, что поздоровались за руку?
Мешает ли вам жизненный опыт?
Почему-то требовалось привести пример,
как мы с Андреем обсуждали проблемы "Прав Человека" Ну, я сказал тогда про герцога Энгиенского.Следователь пришел в ярость.
- А вы с Андреем действительно говорили о герцоге Энгиенском?
- Откуда я знаю. Мало ли о чем говорят люди за 15 лет знакомства.
Он же просил привести пример.
(Из рассказов о допросе)
Что же произошло? Во-первых, вы боялись обидеть человека, который с вами вежлив. Но, помилуйте, что же в этом страшного? Коли "мирное сосуществование" идеологий невозможно, то остаться обиженным он, по-видимому, обязан. Во-вторых, вы не привыкли врать и боитесь его неукротимой осведомленности. Допустим, они за вами неофициально следили (много ли они выследили?) И ведь она, эта осведомленность, гроша ломаного не стоит. Она постыдна к тому же. В-третьих, следователь немножко обманул вас, немножко нарушил установленный законом порядок ведения допроса. Он пользуется вашей неопытностью, пытаясь запугать вас, но сам-то ведь знает, что пока ваши слова не записаны в протокол и с вас не взята подписка об ответственности за дачу ложных показаний, ваши слова не имеют значения. Вы пока не в его руках. И его недоверие вас унижает? Нет, больше, наверное, унижает собственная ложь и болтливость. Не надо было врать и говорить лишнее тоже не надо было. Теперь, когда вас поймали на том и на другом, вы почти принимаете сделку. Он сейчас пообещает "пощаду", а вы - "откровенность". Хотя потом ему будет нетрудно аннулировать свое обещание. А вам? Ведь Вы пошли на компромисс...
Это все-таки допрос или беседа?
Свидетель: Мне трудно отвечать на Ваши вопросы, поскольку я не несу ответственности за свои слова.
Следователь: Нет, вы несете ответственность за свои слова.
Свидетель: Тогда позвольте, я дам подписку об ответственности за ложные показания.
(Из рассказов о допросе)
Допрос и беседа - далеко не одно и то же. Беседа не предусмотрена законом. Возможно, допрос будет много позже, возможно, его не будет никогда, возможно, он начнется сразу же после беседы. Во всех случаях беседа - это психологическая разведка (для следователя).
А почему бы и вам не использовать ее в тех же целях. Ну что ж, попробуйте. Он спрашивает - вы отвечаете. (Если память вам не изменяет.) Вы спрашиваете - он отвечает. (Если хочет, разумеется.) Как говорится, откровенный обмен информацией. Но тут вы замечаете, что следователь хитрит. Значит, предлагая откровенную беседу, он хотел обмануть вас. Скажите ему об этом (вежливо, конечно). И требуйте протокол (хотя бы для того, чтобы сохранить откровенность беседы). Отказывается - пристыдите легонько. Если он "ерепенится" и по-прежнему хочет "беседовать", пусть беседует сам с собой. Если он имеет право в любое время беседовать с вами, то вы имеете право не беседовать с ним никогда. (Можно было с этого начать и уклониться от разговора сразу и категорически.). Не помогает - потребуйте, чтобы он дал вам возможность расписаться об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний. И поскольку это можно сделать только в протоколе, то вы своего добились. Протокол начат, теперь вопросы и ответы записываются. Он пишет свои вопросы, вы - свои ответы (собственноручно, если хотите). Во всяком случае, вы - полноправный владелец половины протокола. Свои ответы вы пишите сначала в черновике, редактируйте и заносите не спеша в протокол (или диктуете следователю). Не торопитесь подписывать протокол. Обратите внимание на первую страницу, там все должно быть указано правильно. Говорят, иногда следователи "забывают" писать название дела, по которому вы вызваны на допрос, и втайне дописывают потом. Длительное общение с преступниками, наверное, оказывает на них дурное влияние. При случае об этом стоит сказать или вернее написать в протоколе, оказывая тем самым хорошее влияние. Если один из вас боится правды, то пусть им будет он, а не вы. В ваших ответах должна быть только правда. Та самая, которая нравственно допустима. Другой, в сущности, нет.
Могу сказать сразу что на опыте моих знакомых пользуясь методикой Альбрехта (хоть и старой но не потерявшей свою актуальность и по сей день) им удавалось избежать некоторых неблагоприятных для себя последствий...
Так же считаю что это лучшая "инструкция" по общения с Фемидой...
Полный текст не привожу...весть текст тут (http://www.vehi.net/samizdat/albreht.html)
Не всегда Вы сразу выступите в роле ОБВИНЯЕМОГО,возможно ситуация в которой сначало Вам "предложат должность" СВИДЕТЕЛЯ...
Как вести себя в такой ситуации ?!
Если проникать в тайны литературы узкоспециальной
(вместо введения)
Следователь: Вы догадываетесь, почему вас вызвали?
Свидетель: Да, но лучше будет, если вы скажете.
Следователь: Почему лучше?
Свидетель: В противном случае получается, что вам стыдно сказать...
(Из рассказов о допросе)
Интересно ли вам знать, читатель, что следователь добивается результатов с помощью не менее чем 18-ти приемов. Вот они, извольте: "внезапность","последовательность", "создание напряжения с перегрузкой сознания", "снятие напряжения со стремлением "поговорить по душам", "пресечение" лжи сразу же или спустя некоторое время, фиксированный темп допроса с перегрузкой сознания или замедленный темп с фиксацией желания проскочить особо неприятное. И это, и многое другое можно прочесть в специальной литературе. Но нужно ли нам, непрофессионалам, изучать книги и статьи, написанные для следователей? Казалось бы, не плохо кое-что знать. Приятно, наверное, спросить следователя, какой прием он к вам так неудачно применяет и посоветовать другой. В спецлитературе можно прочитать многое, даже примеры некорректного поведения следователей. Только вот в чем беда: эти примеры - образчики безнаказанности и значит "неплохое" руководство к действию для остальных следователей. Наше же с вами оружие - правда. И поэтому все хорошее в мире дружественно нам. Ваши нравственные принципы, ваша мораль - вот основы поведения. И если вы хотите почитать что-нибудь стоящее, то ради Бога: читайте Толстого, Пушкина, Чаадаева, Достоевского, Библию, наконец. Не тратьте время на вздор. Ну, а в области узкоспециальной, может быть, вам хватит той ерунды, которую вы прочтете в данной брошюре. Итак, к делу.
Начало было неожиданным
"Путем запугивания Вы заставляете меня сознаться.
Какое, по-вашему, преступление более серьезно - то, которое, как Вы считаете,
совершил я, или то, которое сейчас совершаете Вы?"
(Из рассказов о допросе)
Представьте себе беседу двух людей. Один говорит легко и свободно. Он сдержанно, но живо реагирует на то, на что хочет реагировать. Наконец, просто смеется. Другой внутренне скован. Он постоянно думает о чем-то постороннем. Его реакции смешны и наиграны. Он-то уж точно знает, что стены имеют уши, и потому боится. Боится собственной неумелости и косноязычности, боится своего и чужого неосторожного слова, боится насмешек в свой адрес. Этот человек, не удивляйтесь, - следователь. А вы? Вы тот, первый.
Первые радости
Автор: Какой допрос Вас больше устроит - короткий или длинный?
Читатель: Конечно, короткий. А какой устроит следователя?
Автор: Тоже короткий. У него мало времени и много вопросов.
Его устроит, если вы будете торопиться - где торопливость, там опрометчивость.
Читатель: А если дело липовое?
Автор: Тогда допрос будет обязательно неудачным - либо для него, либо для вас.
(Из беседы автора с читателем)
Театр, как говорил Станиславский, начинается с вешалки. Встречая вас, следователь здоровается за руку, говорит, куда повесить пальто. Он вежлив, предупредителен, пытать вас вроде бы не собирается. Вы не ожидали, чувствуете облегчение: зачем же ссориться, когда можно по-хорошему. Но есть во всем этом что-то от любительского театра, какая-то наигранность. Чувствуете? Пока еще нет? Ну что же, сейчас вы будете изображать простого, очень занятого человека с плохой памятью, но, впрочем, готового помочь расследованию, если н у ж н о. Но надо ли помогать расследованию? Убежден - надо. Допустим, следователь пытается установить истину, расследуя дело об убийстве или воровстве. Ваш долг - помочь ему. А если вас вызвали свидетелем по делу, в котором ваш друг обвиняется в распространении антисоветской пропаганды и клеветы? Вы уверены, что обвинение ложно и несправедливо. Так помогите же установить эту истину. В этом ваша нравственная обязанность. Пока что вы включились в его игру - продолжается "разговор по душам". К сожалению, он дает возможность вашему собеседнику-профессионалу спрашивать о том, о чем он спрашивать не должен. Например, о вас лично, о ком-то еще. Вопросы, с вашей точки зрения, пока ерундовые. Все очень вежливо. Он не прерывает. Разве только немного и осторожно подстегивает, если вы останавливаетесь. Однако потом, когда следователь узнает все, что его интересовало, он, конечно, увидит неправду и... рассердится.
(Он умеет) . Вы станете оправдываться - тогда он узнает еще больше. Он сделает это совсем просто, чередуя многозначительные намеки на полную осведомленность и угрозы. Вы продолжаете отвечать, но почему-то немножко жалеете. О чем? Может быть, о том, что поздоровались за руку?
Мешает ли вам жизненный опыт?
Почему-то требовалось привести пример,
как мы с Андреем обсуждали проблемы "Прав Человека" Ну, я сказал тогда про герцога Энгиенского.Следователь пришел в ярость.
- А вы с Андреем действительно говорили о герцоге Энгиенском?
- Откуда я знаю. Мало ли о чем говорят люди за 15 лет знакомства.
Он же просил привести пример.
(Из рассказов о допросе)
Что же произошло? Во-первых, вы боялись обидеть человека, который с вами вежлив. Но, помилуйте, что же в этом страшного? Коли "мирное сосуществование" идеологий невозможно, то остаться обиженным он, по-видимому, обязан. Во-вторых, вы не привыкли врать и боитесь его неукротимой осведомленности. Допустим, они за вами неофициально следили (много ли они выследили?) И ведь она, эта осведомленность, гроша ломаного не стоит. Она постыдна к тому же. В-третьих, следователь немножко обманул вас, немножко нарушил установленный законом порядок ведения допроса. Он пользуется вашей неопытностью, пытаясь запугать вас, но сам-то ведь знает, что пока ваши слова не записаны в протокол и с вас не взята подписка об ответственности за дачу ложных показаний, ваши слова не имеют значения. Вы пока не в его руках. И его недоверие вас унижает? Нет, больше, наверное, унижает собственная ложь и болтливость. Не надо было врать и говорить лишнее тоже не надо было. Теперь, когда вас поймали на том и на другом, вы почти принимаете сделку. Он сейчас пообещает "пощаду", а вы - "откровенность". Хотя потом ему будет нетрудно аннулировать свое обещание. А вам? Ведь Вы пошли на компромисс...
Это все-таки допрос или беседа?
Свидетель: Мне трудно отвечать на Ваши вопросы, поскольку я не несу ответственности за свои слова.
Следователь: Нет, вы несете ответственность за свои слова.
Свидетель: Тогда позвольте, я дам подписку об ответственности за ложные показания.
(Из рассказов о допросе)
Допрос и беседа - далеко не одно и то же. Беседа не предусмотрена законом. Возможно, допрос будет много позже, возможно, его не будет никогда, возможно, он начнется сразу же после беседы. Во всех случаях беседа - это психологическая разведка (для следователя).
А почему бы и вам не использовать ее в тех же целях. Ну что ж, попробуйте. Он спрашивает - вы отвечаете. (Если память вам не изменяет.) Вы спрашиваете - он отвечает. (Если хочет, разумеется.) Как говорится, откровенный обмен информацией. Но тут вы замечаете, что следователь хитрит. Значит, предлагая откровенную беседу, он хотел обмануть вас. Скажите ему об этом (вежливо, конечно). И требуйте протокол (хотя бы для того, чтобы сохранить откровенность беседы). Отказывается - пристыдите легонько. Если он "ерепенится" и по-прежнему хочет "беседовать", пусть беседует сам с собой. Если он имеет право в любое время беседовать с вами, то вы имеете право не беседовать с ним никогда. (Можно было с этого начать и уклониться от разговора сразу и категорически.). Не помогает - потребуйте, чтобы он дал вам возможность расписаться об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний. И поскольку это можно сделать только в протоколе, то вы своего добились. Протокол начат, теперь вопросы и ответы записываются. Он пишет свои вопросы, вы - свои ответы (собственноручно, если хотите). Во всяком случае, вы - полноправный владелец половины протокола. Свои ответы вы пишите сначала в черновике, редактируйте и заносите не спеша в протокол (или диктуете следователю). Не торопитесь подписывать протокол. Обратите внимание на первую страницу, там все должно быть указано правильно. Говорят, иногда следователи "забывают" писать название дела, по которому вы вызваны на допрос, и втайне дописывают потом. Длительное общение с преступниками, наверное, оказывает на них дурное влияние. При случае об этом стоит сказать или вернее написать в протоколе, оказывая тем самым хорошее влияние. Если один из вас боится правды, то пусть им будет он, а не вы. В ваших ответах должна быть только правда. Та самая, которая нравственно допустима. Другой, в сущности, нет.
Могу сказать сразу что на опыте моих знакомых пользуясь методикой Альбрехта (хоть и старой но не потерявшей свою актуальность и по сей день) им удавалось избежать некоторых неблагоприятных для себя последствий...
Так же считаю что это лучшая "инструкция" по общения с Фемидой...
Полный текст не привожу...весть текст тут (http://www.vehi.net/samizdat/albreht.html)