На слёзы тушь. Я смою малафью.
Он отдуплил меня Иуда!
Здесь сыро и темно! Он на меня спустил струю…
Я услыхала как он пукнул!
Я умоляю, дай мне в рот,
Я не могу так дальше жить.
Любить… сосать…
Страдать… сосать…
Пизду бензопилой ласкать
Устала!
Мама, я устала! Дай пизды мне!
Души меня любимым одеялом,
Ебашь меня… мамуля, поджигай
Очко мое в минуты мокрых голодовок!
Мне так необходимо встретить цунарефа
И чувствовать его *** за щекой
Ночами я дрочу на постер Грефа
Любимый, милый, дорогой!
Я ничего не знаю! Видеть не могу…
Иду куда-то, в пропасть падаю.
Я умираю и умру!
Я закопалась в кале, мама!
Я кончила… меня как будто нет!
Его удары на ебле среди другого хлама
Они ведь отражают сделанный минет!
Он в след сказал тогда мне:
«Я цунареф, а ты свинья!»
А я смогла… смогла влюбиться!
Дай крылья мне, хочу я в Ингушетию лететь!
Во мне не девять пезд…
Я снов боюсь… он снова мне приснится.
И что мне делать мама?
Не пугай нас топором!
Я не касалась его взглядом
Уж пол минуты пронеслось!
Духовку мне заколдовали,
Не вынуть из души – я обосраслась!
И засыпая на обезьянином плече,
Как маленькая девочка, с обконченным лицом,
Я понимаю – связалась с маленьким концом!

бабан