Мы охамели до того, что брали на ней эллиптические интегралы.!
-На этой табуретке?
-Да, а что? Кстати, у меня как-то была деградация... Ну, если есть Upgrade, почему бы не быть DownGrade?
Я укатился на программируемый калькулятор. На Б3-21. Ты знаешь, что я для него написал? И даже отладил! Дискретное преобразование Фурье!
-Роберт, ну ты ваще...
-Да. А за одним моим знакомым числится преобразование Лапласа на Суперкалке!
-Ну, это еще правдоподобно...
-А что, еще как преобразовывался! Лаплас в гробу перевертывался по три раза на дню! А потом была НАИРИ.
Это тоже было чудо в перьях. Застать ее работающей - это можно было сразу идти и ставить Богу свечку.
-Врешь. Я видел работающую НАИРИ. Правда, один раз. У нее даже лампочки мигали. К ней даже подключались магнитофоны и АЦПУ.
(Полина): АЦПУ?
-Алфавитно-цифровое печатающее устройство.
(Полина): Принтер, что ли?
-Ну, если курица - тоже птица...
-Меня поразило другое: что не было сделано даже попытки приделать к этой машине (в общем-то персоналке,
несмотря на внушительные размеры в полкомнаты) - какой-никакой дисплей. Там стоял КОНСУЛ - пишущая машинка.
Когда КОНСУЛ стоит в качестве консоли на ЕС-ке - противно, но терпеть можно...
-Заложив уши ватой...
-Да, но тут это - главное и единственное устройство!
И сделано это было не из-за технической невозможности (уже вовсю работали дисплейные комплексы на БЭСМ), а исключительно по недомыслию.
Кому-то закатила идея, что можно иметь сразу и терминал, и печатающее устройство, и устройство ввода.
-А ты знаешь, Роберт, я первую свою игровую программу реализовал на КОНСУЛе - это была игра в рэндзю (типа крестиков-ноликов).
Человек указывает координаты своего хода, а КОНСУЛ с грохотом распечатывает игровое поле девятнадцать на девятнадцать. Сколько ленты извели!
-И все-таки, первый настоящий компьютер, на котором я работал - это была ЕС-ка.
Это была настоящая машина, уже хотя бы потому, что у нее была операционная система. До сих пор я удивлен, каким образом в 1963 году,
фактически через 10 лет после начала более-менее пристойного программирования (первый компилятор появился в 1955 году),
были сформированы концепции OS/360 группой во главе с Амдалом, издана книга "Принципы работы системы/360"
(в народе эта книга известна как "книга, не содержащая ошибок и опечаток"). Это умопомрачительная книга не только потому,
что в ней нет ошибок, но еще и потому, что она была издана ДО ТОГО, как вышла сама операционная система и вообще аппаратура машины,
И БОЛЕЕ НЕ МЕНЯЛАСЬ НИ В ОДНОМ СЛОВЕ! Это была просто Библия!
Во-вторых, замечательно было то, что концепции, заложенные во всем жизненном цикле этой системы, остались неизменными.
А цикл этот продолжается уже более тридцати лет. В третьих: эти люди с самого начала замахнулись на нечто совершенно грандиозное:
на многозадачную систему. Между прочим, в персоналках до сих пор только подбираются к этому. Даже OS/2 или Windows 95 нельзя считать по-настоящему
многозадачной системой. Я уже не говорю о системных службах, которые были заложены в OS/360. Конечно, у нее был ужасающий интерфейс,
этот самый JCL... Мы умудрялись делать в нем ошибки после многих лет ежедневной и непрерывной работы.
-Чтобы хоть немного им овладеть, приходилось проходить двухмесячные курсы. Неделю мы учили людей тому, чтоб запускать простейшие задания...
-А тот, кто овладел, тут же преисполнялся мании величия
-Машины ряда 1 работали из рук вон плохо.
-Среднее время наработки на сбой на нашей ЕС-1022 было 24 минуты. То есть каждые полчаса она вываливалась. Чтобы у нее посыпалась память,
достаточно было пройти рядом, даже на цыпочках. Я до сих пор закомплексован настолько, что сохраняю файлы на диске каждые пять минут.
-Когда много лет спустя мне довелось поработать на IBM 4381, электронщик мне сказал: "Как только мы ее купили, по привычке завели гроссбух,
который назывался ДИСКОВЫЕ СБОИ. Книга до сих пор осталась чистой. В ней не было ни одной записи." При том это была БУ, секонд хэнд.
Уму непостижимо: у нее была дисковая память три гигабайта.
Непосредственно перед этим мы работали на 1052 с ШЕСТНАДЦАТЬЮ 29-мегабайтными дисководами. Это был конец света!
-Для тех, кто не знает: 29 мегабайт помещались в этакой кастрюле диаметром почти в полметра и весом килограммов десять...
-И бедные девочки-операторы ворочали эти кастрюли туда-сюда...
-А ты видел, как приходилось тормозить эти диски? Тормоза в дисководах, как правило, были сломаны...
-А как же! Открываешь крышку, поплюешь на пальцы, и ...
-У нас это называлось тормозить лаптей...
(Полина): а плевать зачем?
-Так ведь диск крутится черт знает со сколькими оборотами в минуту... Пальцы дымятся!
-И вот знаешь, Леша, я до сих пор не могу найти объяснения - не то, что дефицит ресурсов порождает изобретательность, но мне кажется,
что мы работали более осмысленно, на более высоком уровне. Профессионализм определяется по качеству работы.
Почему я до сих пор убежден в том, что Билл худо кончит. Он пренебрегает культурой программирования. Он пренебрегает теорией.
И это очень плохо. Мне могут сказать: этот парень умеет делать деньги. Именно он сумел собрать сотни молодых гениев в Рэдмонде.
Да, он сумел их собрать, но кем они станут, когда перестанут быть вундеркиндами? И с чем останемся мы?
Умирает культура многозадачного программирования. Ее просто нужно возрождать заново. Порождена генерация программистов, которые считают,
что любую задачу можно пробить, если подольше сидеть у машины. Просто в силу общего высокого логического уровня.
-Таких программистов я видел сколько угодно за последние двадцать лет...
-Да, но я что-то не вижу в последнее время программистов, которые стремились бы решать задачи профессионально, то есть не любой ценой, а минимальной.
Не мегабайтами! Один мой приятель пишет из Америки, что он неплохо прирабатывает на том, что ставит скази-диски на 1,3 гигабайта. Это здорово.
Что в этом плохого? Но извини меня, монстры, которые порождаются, они что, хорошо работают?
-Роберт, готов поспорить. Если смотреть на программирование с точки зрения ресурсов...
Ну, положим, на машинах типа "Проминя" нужно было обладать нерядовым интеллектом для решения рядовой задачи.
Если у тебя тяму не хватает, то ты на этих двухстах ячейках и ста командах просто ничего не можешь сделать.
А если у тебя тяму хватает, то ты должен дорого стоить. То есть человек, заказавший решение задачи,
платит большие деньги за твои мозги, хотя задача того бы не стоила, если бы можно было прикупить памяти.
Но тогда стоимость машинных ресурсов была куда выше стоимости человеческих. Сейчас машинные ресурсы стремительно дешевеют
-(с иронией): а человеческие дорожают?
-Да, человеческие дорожают.
-И ты при этом честно смотришь мне в глаза?
-Они дорожают относительно машинных ресурсов...
-Очень важная поправка!
-Так я это и имел в виду. Положим, программист тратит часы на то, чтобы увеличить быстродействие программы на миллисекунды.
Но ведь пользователю плевать, за одну четвертую или за одну пятую секунды отработает эта программа. Для него этот порог некритичен.
И, если даже критичен, то покупка лишнего мегабайта памяти может обойтись ему дешевле, чем программистская зарплата.
И он будет прав, купив мегабайт. Так что я, видимо, типичный представитель того поколения программистов, которое ты порицаешь.
-Ну, раз ты настаиваешь, получай! У меня как раз есть свободный грузовик камней, и я намерен все их перекидать через забор и все в твой огород
-Поехали!
-Как нас учат авторитеты, надо завсегда отделять котлеты от мух. Если мы говорим о программах базовых, о программах, лежащих в основе,
то их надо вылизывать до зеркального блеска. Если же мы говорим о пользовательских программах,
и если мы отдаем себе отчет в том, что легенда об одноразовых программах - это не более, чем легенда...
Я прекрасно понимаю, что времена ручного программирования, так же как времена ручного изготовления ружей, проходят.
Американцы невероятно чтут некоего Эйли Уитни, изобретшего хлопкоочистительную машину и задержавшего отмену рабства на 60 лет,
ибо сделал производство хлопка снова рентабельным. Но чтут они его не за это. Они считают, что Уитни изобрел американский способ производства,
когда изготавливаются стандартные детали с взаимозаменяемостью. Именно это позволило ему выполнить заказ на изготовление 10000 мушкетов,
у которых затворы подходили друг к другу, а не подгонялись индивидуально, как в старые добрые времена.
Но тем не менее растет ценность сделанного руками. Мы хотим, чтобы профессия программиста осталась
(а я абсолютно уверен, что она останется ныне, присно и во веки веков, как не умирает профессия врача).
Надежду мне дает то, что программирование знает свое место - это инженерное ремесло. Именно ремесло, поскольку оно делается руками,
и именно инженерное, по определению инженер - человек, целью деятельности которого является перевод материи из одного состояния в другое.
Если эту витиеватую мысль привести к общему знаменателю, то вот: если мы хотим, чтобы наша профессия осталась жить, она должна быть ПРОФЕССИЕЙ,
то есть в ее основе должны лежать те же три кита: теория, практика и фольклор. Обрати внимание: фирма Microsoft не обогатила мир ничем из теории.
Почему IBM, которой мы тоже не кидаемся на шею...
-Трудно любить такого монстра. Оно такое большое-большое
-Большое и голубое. Но IBM не гнушается содержать редакционный совет,
который издает в год от шести до восьми больших и солидных книг и платит стипендии авторам, чтобы те могли их написать.
Я мог бы с ходу назвать полтора десятка книг этой серии, которые сформировали мое мировоззрение как программиста.
Чем осчастливила программистскую профессию Microsoft, кроме не своих компиляторов, кроме не своей СУБД FoxPro?
У меня мышление не черно-белое, и я готов сказать хорошо о таких могучих вещах, как Word или Excel, да вообще MS OFFICE.
Мне очень нравится то, что делает Word, но мне не нравится, что он периодически падает.
У меня машина не с такими уж худыми ресурсами! 486 DX2/50 с 8 мегабайтами, но он ведь падает!
-OS/360 тоже падала...
-Она падала из-за отказов в аппаратуре. Нам так и не удалось увидеть выведенную из себя СВМ.
Это была невыбиваемая вещь! Меня смущает то, что сырые продукты создаются на интуиции и на гениальности их создателей.
Но ведь за ними остается выжженная земля! Если OS/360 оставила за собой шлейф идей, людей, что оставляет за собой Windows?
-Ха! А вообще за последние десять лет что-нибудь крутое из теории, было? Ну, положим, ООП, а что еще?
Вообще в мире, не только у Microsoft, которая как раз лет пятнадцать и существует?
Тебе не кажется, что программирование и использование компьютеров просто стало чем-то другим?
Открытия в области паровых машин следовали одно за другим, а потом там все устаканилось...
Так может быть, Роберт, у нас просто все устаканивается, и открытий больше не будет?
-Может быть, мы живем на переломе эволюции, и только поэтому нас раздражает, что тиранозавр Рэкс поедается пушистой мелочью, млекопитающими.
Я не есть оголтелый противник персоналок (еще чего, вон она стоит у меня на столе, беда моя и выручка).
Меня смущает другое - один из трех китов явно нездоров. А именно теория. Конечно, хорошо, что на нас растет спрос. Но на нас ли?
-На профессионалов высокого класса, способных разрабатывать большие сложные системы, спрос как раз и не растет.
-В итоге мы имеем то, что имеем.
-Если раньше, чтобы склепать АСУ завода, нужна была орда специалистов, теперь же требования к квалификации понизились, а сами задачи,
вообще говоря упростились. Они упростились опять-таки не абсолютно, а относительно.
Сводные таблицы, которые мы программировали пятером полгода, обычный пользователь делает тремя движениями мышки.
Формы и отчеты в каком-нибудь Paradox можно сделать "на раз", вместо того, чтобы корябать их на PL/1.
-Это здорово, но меня все время мучает вот что: с чем и как пойдет в бой новое поколение программистов? Оно растет...
-Из хакерья
-Именно из хакерья. Мне нравится это слово. Они программируют, не отходя от экрана. Сеансовая работа, при всех ее неудобствах, заставляла ДУМАТЬ.
-Когда ты в понедельник сдаешь программу, а в четверг получаешь результат, у тебя много времени, чтоб крепко поразмыслить...
-Так вот, кому мы сдаем свои программистские окопы? Те окопы, в которых мы отстреливаемся от энтропии?