Постоянные переносы сроков - с 23 марта на 6 апреля, а затем на 8 апреля - вызвали неоднозначную реакцию в мировом сообществе. Пока в Белом доме это называют стратегической гибкостью, критики указывают на риск девальвации подобных предупреждений в будущем. Тем не менее, факт того, что Ормузский пролив в итоге начали открывать, говорит о том, что тактика «ультиматумов с отсрочкой» на данном этапе сработала.