Прежде европейцы, если постигало их какое то несчастье, употребляли слово «суд» вместо слова «кризис». Сейчас слово «суд» заменили словом «кризис», понятное слово — менее понятным. Наступала засуха, говорили: «суд Божий!»; наводнение — «суд Божий!». Начиналась война или эпидемия — «суд Божий!»; землетрясения, саранча, другие бедствия, всегда одно — «суд Божий!». Значит, кризис из за засухи, кризис из за наводнения, из за войн и эпидемий. И на теперешнюю финансово-экономическую катастрофу народ смотрит как на суд Божий, но называет её не судом, а кризисом. Дабы умножилась беда от неразумия! Ибо, пока произносилось понятное слово «суд», была понятна и причина, которая привела к беде, был известен и Судия, попустивший беду, и цель, ради которой беда была попущена. После подмены слова «суд» словом «кризис», малопонятным для большинства, никто не может объяснить, ни отчего он, ни от кого, ни для чего. Только этим и отличается теперешний кризис от кризиса, происходящего из за засухи и наводнения, войны или эпидемии, саранчи или другой напасти.